Но не успела Лора откинуть одеяло, как раздался тихий стук. Энн Салливан, экономка Темплтонов, просунула голову в дверь и улыбнулась.

— С днем рождения, мисс Лора!

Энн вплыла в комнату с подносом, нагруженным обильным завтраком и украшенным вазочкой с букетом маргариток.

— Завтрак в постель?! — Быстро прикидывая, как можно изменить дневное расписание, в котором было место, в лучшем случае, для чашки кофе, Лора села в кровати. — Я чувствую себя королевой.

— Не каждый день женщине исполняется тридцать лет.

Лора попыталась улыбнуться, но получилась лишь жалкая пародия на улыбку.

— Только не пытайся уверить меня, что это прекрасно!

— Прекрати! Даже слушать не хочу.

Энн ловко и проворно поставила поднос Лоре на колени. Сама она видела и тридцать, и сорок лет, и, слава Богу, дожила до пятидесяти. А потому, прекрасно понимая, как мелькающие десятилетия действуют на женщину, только отмахнулась от горького вздоха Лоры.

Она тревожилась за эту девочку — так же, как за свою Марго и за мисс Кейт, — уже больше двадцати лет и прекрасно знала, как следует обращаться с каждой из них.

Энн подошла к камину разжечь огонь, но не столько для того, чтобы разогнать январский холод, сколько для того, чтобы в комнате стало светлее и веселее.

— Ты — красивая молодая женщина, и все лучшее в жизни у тебя впереди.

— И тридцать лет позади… А чего я за это время добилась, Энни?!

Энн методично помешивала угли в камине.

— О, разумеется, ровным счетом ничего! Разве можно принимать во внимание двух прекрасных детей, процветающий бизнес, чудесный дом, родных и друзей, которые тебя обожают.

Лоре стало стыдно.

— Ладно, убедила. Я просто жалела себя. — Она снова попыталась улыбнуться. — Спасибо, Энни. Чудесный завтрак.