— Что я должна делать? — быстро спросила Натали.

По ее лицу, на котором отразилось новое чувство — Агнес назвала бы его любопытством, — стало ясно, что девочка готова попробовать.

— Рождение твоего ребенка станет акцией нашей организации.

— Акцией? — насторожилась Натали и сцепила руки на коленях, обтянутых голубыми джинсами.

— Вкладом в дело мира, — продолжала Агнес. — Твой ребенок станет символом женской организации Сан-Франциско. Понимаешь? Наша организация сыграет роль отца для твоего ребенка, а малыш явится своеобразным вкладом в борьбу за мир. Тебе ясно?

Натали смотрела на Агнес круглыми глазами.

— А что я должна делать?

Агнес улыбнулась.

— Ты член нашей организации. А теперь станешь сотрудником моего отдела. Тебе придется работать и получать зарплату.

Натали молчала, ее щеки порозовели.

— А потом, когда родится малыш и немного подрастет, вы с ним начнете выступать перед разными аудиториями. Мы добьемся, чтобы фонды, с которыми мы тесно сотрудничаем, взяли на себя обеспечение твоего ребенка — символа мира, рожденного сразу после Марша мира. Они оплатят детский сад, учебу в хорошей школе, дадут стипендию для учебы в престижном университете.

— Ну да!.. — прошептала Натали.

— Да, — подтвердила Агнес. — Тебя будут наблюдать врачи лучшей клиники, ты родишь чудесного ребенка. Доктора, которые помогут тебе и малышу, станут знаменитыми без всякой платной рекламы.

— Агнес… ты… ты просто…

— Я просто женщина, которая гораздо дольше прожила на свете и больше узнала о жизни. Вот и все.

И еще я помогу тебе сделать то, чего не удалось мне самой, хотела добавить Агнес, но промолчала.

Все, о чем тогда говорила Агнес, стало реальностью. Родилась Мира — чудесная девочка, большая, особенно для такой хрупкой матери, как Натали. Доктора, осмотрев роженицу, пришли к единодушному заключению — незачем мучить мать и дитя, это опасно, и Натали сделали кесарево сечение.