– Если у него возникло желание позвонить, возможно, он скоро вернется?

Примерно то же самое говорили и другие, и эти бесконечные увещевания уже стали понемногу выводить ее из себя. Мэд положила на стол сумочку и, подавшись вперед, с не свойственной ей решительностью заговорила:

– Сэр, я уже четыре дня здесь. И за это время успела пообщаться с кучей людей: и с местной полицией, и с властями штата, и с шерифом. Я даже наняла частного детектива, хотя в душе не верю, что ему удастся что-нибудь сделать. Откровенно говоря, я не очень надеюсь, что полиция приложит особые усилия для того, чтобы найти моего брата.

Она взволнованно жестикулировала и чувствовала, как беспокойно звучит ее голос. И как-то сразу поняла, что волноваться и повышать тон не следует, поскольку этим ничего не добьешься. Ей крайне необходима его помощь, но нельзя же сразу настраивать человека против себя и, осознав это, она вежливо добавила:

– Извините, я, кажется, погорячилась. Офицер усмехнулся. Ему и не такое приходилось выслушивать.

– Ничего, все нормально, мисс…

– Кэтлин.

– Да, мисс Кэтлин.

Он сложил руки на своем огромном животе и быстро начал говорить:

– Мне бы не хотелось, чтобы вы думали что наше управление отказывается помочь вам. Просто я хочу сказать, что таких беглецов, как ваш брат, в нашем городе такое же количество, как и машин Вы и представить себе не можете, как трудно вычислить и поймать подростка в Лос-Анджелесе. Они живут на улице и часто меняют места проживания. К тому же, согласитесь, чрезвычайно трудно найти человека, который не хочет, чтобы его нашли, – он нетерпеливо пожал плечами. – Прошу простить меня, но дела обстоят именно так. Мы примем все меры, но обещать я ничего не могу.

Его слова прозвучали обескураживающе, но, по всей видимости, это была правда. Маделин откинулась на спинку стула.

– Что же мне делать? – в отчаянии спросила она.