– Вам надо ехать домой и ждать. Маделин упрямо покачала головой.
– Как вы не понимаете, что я не могу вернуться без него?! Дэви еще совсем ребенок. Никогда не прощу себе, если с ним что-нибудь случится, – она отвернулась, чтобы он не заметил ее слез.
– Мы сделаем все от нас зависящее. Однако Маделин прекрасно понимала, что этого обещания недостаточно. И она снова вспомнила о своем плане. В обычных обстоятельствах такая идея никогда бы не пришла ей в голову. Но теперь совсем другой случай, напомнила она себе и, переведя дыхание, начала:
– Лейтенант, давайте будем говорить откровенно. Шансы на то, что полиции удастся отыскать моего брата, ничтожно малы. Да и частный детектив тоже, я думаю, не очень поможет. Послушайте, Дэви находится в городе уже несколько дней, и наверняка его кто-нибудь видел и знает, где его искать, – решимость на мгновение оставила ее. Но страшная мысль, что она может никогда больше не увидеть брата, придала ей смелости. – Вот если бы мне мог помочь человек, который хорошо знает уличную жизнь…
Офицер прищурился:
– Я не совсем вас понимаю.
Маделин провела рукой по волосам и пристально посмотрела на собеседника.
– Сэр, я живу в маленьком городке, по хорошо понимаю, что происходит вокруг меня. И я знаю, что люди определенного сорта, то есть преступники, иногда помогают полиции в решении каких-либо проблем, – Мэд с трудом верила, что именно она произносит эти слова. Ухватившись рукой за сиденье стула, чтобы собрать всю свою решимость, она продолжила: – Если бы я могла встретиться с кем-нибудь из таких людей… Я готова заплатить за оказанную мне помощь.
Он заморгал:
– Абсолютно нелепая мысль!
– Но у меня нет выбора. Я просто обязана найти брата и не откажусь от этого, пока не испробую все возможности.
На секунду в комнате воцарилось напряженное молчание. Затем лейтенант принялся постукивать пальцами по столу, не сводя взгляда с посетительницы.
– И как же вы намереваетесь вступить в контакт с такими типами? – с сарказмом поинтересовался он. – Они ведь не числятся ни в каких списках, понимаете?