– Ну хорошо, согласен, дело это не столь интересное для тебя, но ты будешь иметь возможность почувствовать себя в своей стихии, а это означает, что не будешь сидеть за столом и скучать. Так как? Возьмешься?

– Нет, – однако, отказавшись, Виктор сразу же пожалел об этом. Нельзя сказать, что у него были веские причины для отказа, НО после десяти лет службы в полиции он стал чувствовать себя ответственным перед людьми, попавшими в беду. «Я давно ушел, и так больше не может продолжаться», – напомнил он себе.

Форрестер выругался в трубку. Виктор изобразил удивление, приподняв бровь.

– Это теперь в полиции так разговаривают с гражданскими лицами?

– Ну, если не хочешь помочь девушке, то скажи ей об этом сам. Она сейчас к тебе придет.

– Большое за это спасибо, – сухо заметил Виктор, но лейтенант уже повесил трубку.

Виктор пробормотал проклятие и тоже положил трубку.

Минут через пятнадцать после этого дверь его кабинета открылась, и секретарша ввела молодую женщину. Виктор быстро окинул ее профессиональным взглядом, каким научился моментально оценивать людей, и пришел к заключению, что женщина действительно воплощение женской красоты. Форрестер оказался прав – она просто очаровательна. Широко поставленные голубые, даже слегка с фиолетовым оттенком, глаза были чистыми и бездонными, носик прямой и чуть вздернутый Губы свежие и аппетитные, хотя и сжатые, что предполагало их нетронутость и чистоту. Одежда и правда особым шиком не отличалась, но была добротного качества. Франсин бы скорее умерла, чем надела на себя такое. Посетительница выглядела немного испуганной. От беспокойства глаза ее часто помаргивали и тени от век ложились на прекрасные очертания щек. Очарованный, Виктор даже забыл, что всегда предпочитал блондинок.

– Меня зовут Маделин Кэтлин. К вам меня направил лейтенант Форрестер. Он обещал позвонить вам и предупредить о моем приходе, – она осторожно огляделась вокруг. – Он звонил вам?