- Что-то слишком много возни из-за такой незначительной суммы, не так ли? - спросил начальник военно-морской разведки.

- Дело тут не в сумме, а в том, кому она адресована и где может находиться получатель. Вот это-то они и постарались тщательно скрыть. А если уж перевод сделан один раз, то количество денег на этом счету может быть увеличено в сотни раз.

- Бажарат, - сказал госсекретарь. - Значит, она начала свой путь... Ладно, мы тоже не будем сидеть без дела, и ключевым вопросом наших действий должна быть полная секретность. За исключением группы радиоперехвата из ЦРУ, только мы, сидящие за этим столом, будем обмениваться информацией, получаемой нашими ведомствами. Ваши факсы и телефоны следует перевести на закрытые линии, ничего не следует предпринимать без моего согласия или согласия директора ЦРУ. Даже просто слухи о проводимой нами операции могут вызвать нежелательный ажиотаж. Зазвонил красный телефон, стоящий перед госсекретарем, он снял трубку. - Да?.. Это вас, - обратился он к директору ЦРУ. Джиллетт поднялся из кресла, подошел к телефону, взял трубку и назвал себя.

- Я понял, - сказал он, прослушав почти минутное сообщение, положил трубку и посмотрел на своего грузного помощника с поредевшими рыжими волосами. - Вот и подтверждение вашей версии, О'Райан. Наш человек в Цюрихе найден на Шпитцплатц с двумя пулями в голове.

- Они делают все возможное, чтобы прикрыть эту суку, - ответил аналитик из ЦРУ по фамилии О'Райан.

Глава 2

Высокий небритый мужчина в белых шортах и черной рабочей рубахе, с бронзовым тропическим загаром, пробежал по проходу на пирс, где располагались причалы для моторных лодок. Дойдя до конца деревянных мостков, он закричал, обращаясь к двум мужчинам, находящимся в приближающемся ялике.