- Да, я поругался с ним, но не более того. Потом ушел и пил вино.

- О, ты действительно пил вино и делал это довольно здорово, потому что, когда они нашли тебя в аллее, ты был совершенно пьян, а очухался только в тот момент, когда на шею тебе набросили петлю, а ноги твои стояли на краю пирса... А сколько недель я прятала тебя, перевозя из одного места в другое, пока эта банда охотилась за тобой, поклявшись убить, как только найдет?

- Не понимаю, почему ты так заботилась обо мне.

- У меня были на это свои причины... Собственно говоря, они и до сих пор существуют.

- Бог свидетель, Каби, - сказал юноша, не отрывая взгляда от трупа на песке, - я обязан тебе жизнью, но я никогда... никогда не ожидал ничего подобного.

- Может быть, ты хочешь вернуться в Италию и заглянуть в лицо смерти?

- Нет... нет, конечно, нет, синьора Кабрини.

- Тогда добро пожаловать в наш мир, мой дорогой, - с улыбкой произнесла женщина. - И поверь, тебе понравится все, что я покажу. Ты так хорош, просто нет слов выразить, насколько ты хорош... А сейчас прыгай за борт, мой обожаемый Нико... Давай!

Юноша поступил так, как она приказала.

Второе бюро, Париж

- Это она, - сказал мужчина, сидящий за столом в полутемном кабинете. На стену кабинета была спроецирована детальная карта Карибского моря, точнее Малые Антильские острова. В центре острова Саба сверкала синяя точка. - Мы можем предположить, что она прошла проливом Анегада между островами Дог-Айленд и Верджин-Горда. Это единственный путь, чтобы остаться живой при такой погоде. Если только она осталась жива.

- Возможно, что и нет, - ответил помощник, который сидел перед столом и смотрел на карту. - Это значительно облегчило бы нам жизнь.

- Конечно, облегчило бы. - Начальник Второго бюро, французской военной разведки, закурил сигарету. - Но когда дело касается этой волчицы, которая выжила в еще худших условиях в Бейруте и долине Бекаа, я прекращу охоту только в том случае, если мне будут представлены неопровержимые доказательства ее смерти.