Дик удивленно прищурился. За всю их совместную жизнь он ни разу не поднял на жену руки.

Полли и сама удивилась своим словам. Прежде случалось, что они с Диком спорили, но он никогда не бил ее. В качестве главного аргумента он использовал объятия и поцелуи…

О Боже, подумала Полли и похолодела, осознав, что провоцирует бывшего супруга на новый поцелуй. Она поспешила отстраниться от Мейсона.

– Пусти.

Он убрал руку, и Полли села на диван, потирая ноющие виски пальцами. Дик подошел к окну. Солнце уже взошло, и он невольно улыбнулся, представив себе, как Кэтти и Роберт подлетают сейчас к Гаити, где пройдет их медовый месяц.

– Мы подождем, пока наша пара вернется домой, – он повернулся к Полли, – а потом скажем им, вернее, я сам скажу, что не должен был обещать нашего с тобой воссоединения.

– Иными словами, ты скажешь правду?

– Да. Правду и ничего кроме правды.

– И тем самым очистишь свою совесть, – подвела черту Полли, поднимаясь и направляясь на кухню.

Мейсон медленно последовал за ней.

– Ты собираешься сварить новую порцию кофе? – поинтересовался он, наблюдая за ее действиями.

– Да.

– А больше у тебя ничего не найдется? Пива, например? – Дик подошел к холодильнику и заглянул внутрь.

– Нет. – Полли проскользнула под его рукой и захлопнула дверцу холодильника. – Я не пью пива.

Мейсон пристально посмотрел на нее.

– Готов спорить, что знаток английской словесности тоже игнорирует пиво.

Полли вспыхнула.

– Если ты ведешь речь о Шермане, то…

– Может быть, у тебя есть хотя бы минеральная вода? – перебил ее бывший супруг.

Полли вынула из холодильника бутылку и поставила на стол.

– Вот, пей.

– Не злись, – усмехнулся Дик.

– С чего ты взял, что я злюсь? – сердито спросила Полли.

– Я же вижу, что тебе что-то не дает покоя.

Она вздохнула.

– Если хорошенько подумать, то получается, что я тоже солгала Кэтти.