Остается что-то в этом роде. Вряд ли человек, воспитанный как джентльмен, которого ждет блестящий титул и сказочное богатство, обладает навыками, какие требуются, чтобы найти оплачиваемую работу. В любом случае его заработков не хватит, чтобы прокормить себя и обеспечить тех, кто зависит от него, включая ребенка.

— Отнюдь. — Дункан повернулся к деду и устремил на него твердый взгляд. — У меня есть на примете невеста. Собственно, мы уже обручились, хотя еще не было церковного оглашения.

— Неужели? — Маркиз недоверчиво приподнял брови, вложив в одно слово все свое презрение. — И кто эта дама, скажи на милость?

— Я обещал ей хранить нашу помолвку в секрете, — сказал Дункан, — пока мы не будем готовы к оглашению.

— Ха! Как удобно! — воскликнул маркиз, снова сдвинув брови. — Это бессовестная ложь, Шерингфорд, как и все в твоей жалкой жизни. Нет такой женщины, нет никакой помолвки, а тем более предстоящей свадьбы. Убирайся с моих глаз!

— Ну а если есть? — настойчиво спросил Дункан, хотя у него было такое ощущение, будто он стоит на зыбучем песке. — Что, если такая женщина существует, сэр? Что, если она согласилась выйти за меня замуж при условии, что мы будем жить в Вудбайн-Парке на доходы от поместья?

Маркиз гневно уставился на него, ничуть не смягчившись.

— Если такая женщина существует, — произнес он, почти выплевывая слова, — если она может составить безупречную партию графу Шерингфорду и будущему маркизу Клавербруку, если ты представишь ее мне за день до публикации сообщения о вашей помолвке и если ты женишься на ней накануне моего дня рождения, тогда Вудбайн-Парк снова станет твоим. Как видишь, здесь немало «если». Если ты нарушишь хоть одно из них, а я в этом не сомневаюсь, тогда Вудбайн-Парк перейдет к твоему кузену в мой день рождения.

Дункан склонил голову.

— Думаю, — сообщил маркиз, — Норман с женой могут спокойно продолжать паковать свои вещи, готовясь к переезду.