— Мама, я ему безразлична, — уверенно ответила Аннабелл. — А разница между вами составляет всего пять лет. Он действительно очень славный человек, но годится мне в отцы.

— Многие девушки твоего возраста выходят замуж за мужчин намного старше их, — возразила мать. — Побойся бога, он вовсе не стар. Насколько я знаю, ему тридцать восемь.

— Он гораздо больше подходит тебе! — Аннабелл весело рассмеялась и убежала с Горти.

Стоял жаркий летний день, и девушки собирались искупаться; Джеймс обещал присоединиться к ним позже. Вечером их соседи Скайлеры устраивали большой прием, на котором собирались присутствовать Джеймс, Горти и все их друзья. Все, кроме Аннабелл: ей и в голову не пришло просить разрешения у матери; она не хотела оставлять Консуэло одну на целый вечер.

Вечером они сидели на веранде, слушали музыку и видели отблески костров. Консуэло знала, что Скайлеры празднуют обручение одной из своих дочерей, и еще острее переживала за Аннабелл.

После приема к ним зашел возвращавшийся с приема Миллбэнк и принес в коробке два куска торта. Обе женщины были тронуты этим трогательным проявлением внимания. Джосайя выпил с ними лимонаду и попрощался, сказав, что его ждет гость — его товарищ по Гарварду Генри Орсон. Аннабелл оценила внимание Миллбэнка. Она не испытывала к нему романтического интереса. Но Джосайя напоминал Аннабелл брата, ей нравилось беседовать с ним; он безобидно поддразнивал ее так же, как Роберт, по которому она очень тосковала.

— Интересно, почему он не взял на прием своего гостя, — задумчиво промолвила Консуэло, убирая стаканы и кувшин с лимонадом.

— А вдруг это не друг, а подруга, — предположила со смехом Аннабелл. — Какая-нибудь неприличная женщина. Его любовница, — добавила она и фыркнула, когда мать гневно одернула ее. Учитывая воспитание и манеры Джосайи, представить такое было невозможно. Если у него действительно была любовница, он, скорее всего, не стал бы упоминать о ее приезде.