— Волонтеры очень ограничены в своих действиях, — с сожалением сказала девушка.

— А что бы вам хотелось делать? — с интересом спросил Миллбэнк.

— Я умею шить. Мне кажется, у меня получилось бы накладывать швы. Я уверена, что справилась бы. — Услышав эти слова, Джосайя сначала удивился, а потом широко улыбнулся.

— Не дай мне бог пораниться у вас на глазах. Так и представляю себе, как вы достаете из кармана иголку и нитки!

— Это доставило бы мне удовольствие, — со смехом призналась Аннабелл.

— Мисс Уортингтон, вы чересчур расшалились. Кто-то должен найти вам достойное занятие.

— Самым достойным занятием для меня была бы медицина. Ведь если бы не мое происхождение, я могла бы без труда поступить в медицинскую школу и заниматься тем, чем хочется. Разве не досадно, что я не могу выбрать себе то дело, которое хочу?! — спросила Аннабелл, напоминая в эту минуту ребенка и женщину одновременно.

Джосайя вдруг обнял ее так, словно Аннабелл была его младшей сестрой. Девушка не отстранилась — она и сама испытывала к нему почти родственные чувства. Похоже, их взаимное расположение перешло в новое качество.

— Будь вы иного происхождения, вы не могли бы позволить себе поступить в медицинскую школу, — сказал Миллбэнк.

— Пожалуй. Но если бы я была мужчиной, то сделала бы это. Если бы мой брат захотел, он стал бы врачом, и мои родители не стали бы ему препятствовать. Женщинам приходится трудно, многие профессии считаются для нас неподходящими. Это очень обидно! — Аннабелл в сердцах пнула камешек носком туфли.

— Неужели вы из тех женщин, которые хотят бороться за свободу и равноправие? — Аннабелл ничем не напоминала мужеподобных суфражисток.

— Нет, меня в целом устраивает существующий порядок вещей. Просто мне хотелось бы стать врачом.

— Ну, а мне хотелось бы стать королем Англии, но этого не случится. Аннабелл, нужно смириться с тем, что есть некоторые вещи, которые нам неподвластны. Вам и так жизнь предоставила немало возможностей.