Мэри Клер сидела за столом и рисовала на листе плотной белой бумаги.

— Привет, малышка! Что ты делаешь? — спросила Шери, ступив на бежевый ковер, застилавший середину деревянного, натертого до блеска пола.

— Рисую мой новый дом, — ответила девочка, широко улыбаясь.

— Это замечательно!

Шери посмотрела на рисунок и увидела несколько квадратов с печной трубой наверху. Внутри одного квадрата были изображены три фигурки — две большие и одна маленькая.

— Попробую угадать, — сказала Шери очень серьезно. — Это ведь твой папа? — И она указала на самую высокую из больших фигур.

Мэри Клер энергично закивала.

— А в середине я, — сказала она, коснувшись карандашом маленькой фигурки. — Ну а это вы, — добавила девочка, показав на меньшую из больших фигур. — Почти как настоящая семья! — заметила Мэри Клер и вернулась к прерванному занятию.

— Почти, — согласилась Шери.

Это замечание девочки взволновало ее, пробудив воспоминания о несбывшихся мечтах детства.

— Вам понравился мой рисунок? — спросила Мэри Клер, посмотрев на медсестру своими ясными голубыми глазами.

— Да, очень! — искренне ответила растроганная Шери, и если ее голос чуть дрогнул от волнения, то заметила это только она одна.

Мэри Клер взяла рисунок и, протянув медсестре, робко сказала:

— Возьмите его себе, если хотите.

Шери так расчувствовалась, что чуть не пустила слезу.

— Может быть, лучше подарить его папе?

Девочка посмотрела на нее удивленно, затем нахмурилась.

— Но папа же ничего не видит! Вы что, забыли?

Шери еле сдержалась, чтобы не улыбнуться, — такой обезоруживающей была детская логика.

— Как я могу забыть! Спасибо, Мэри Клер, я очень тронута твоим подарком, — сказала она, беря рисунок.

Час спустя Шери громко постучала в дверь комнаты Джонатана.