В первый момент Алан не обратил на угрозу Ника особого внимания, но со временем убедился, что тот настроен более чем решительно. Поэтому, узнав три месяца назад от Питера, что по семейным обстоятельством от него ушел компаньон и что ему требуется новый партнер, долго не раздумывая, уволился с дядиного предприятия и переехал в Торонто…

Алан обвел задумчиво-рассеянным взглядом темнокожего мальчика за соседним столом и снова посмотрел на Питера. И осознал вдруг, что поступил по отношению к нему не совсем правильно — своим дурным настроением испортил другу выходной.

Не случилось бы ничего страшного, если бы он выполнил просьбу Питера и тоже подсел к девицам. Никто ведь не принуждал его так же оглушительно, как они, хохотать и даже поддерживать их бессмысленную болтовню. Он мог просто поулыбаться или вообще посидеть с ними молча, а главное, никого не обижать.

— Хватит дуться, старик. Признаю, я был не прав. Не знаю, что на меня нашло… Вернее… — Он тяжело вздохнул. — Вернее, знаю…

Питер, до этого мгновения хранивший мрачное молчание и смотревший только в тарелку с салатом, приподнял голову и взглянул на Алана с проблеском заинтересованности.

Алан, всю жизнь придерживающийся правила: сказал «а», говори и «б», еще раз вздохнул, потер лоб тыльной стороной ладони и продолжил:

— Видишь ли, сегодня утром со мной произошло нечто невероятное… — Он в замешательстве развел руками, качнул головой и улыбнулся странной улыбкой — виновато-смущенной и вместе с тем счастливой.

Питер никогда в жизни не видел таким своего уверенного в себе, решительного друга. Заинтригованный, он выше поднял голову, отодвинул тарелку с салатом, отхлебнул минеральной воды, предназначавшейся для одной из девиц, кашлянул и спросил: