Несмотря на теплый вечер, Кадиру было прохладно в его серо-голубой джеллабе <Джеллаба (араб.) - длинная просторная рубаха с разрезами по бокам, предмет национальной одежды народов Северной Африки.>, как нельзя лучше подчеркивавшей его крепкое телосложение - сильные руки, широкие плечи и чересчур мощный для столь низкого роста торс.
В другой стране Кадир непременно стыдился бы своего роста, но в арабском мире, к которому он принадлежал, рост особого значения не имел. В расчет принималось только мужское начало, а Кадир был мужчина что надо.
С моря веяло вечерней прохладой, отчего извечные запахи Медины ладан, свежее мясо, ослиный навоз, кофе и мятный чай - становились гуще и слаще. Временами даже казалось, что еще чуть-чуть, и воздух можно будет зачерпнуть руками. Но опять же ничто это не занимало кутавшегося в грубую ткань Кадира. Он был слишком занят расчетами суммы, которую следовало запросить у барона. Руководствуясь только ему одному понятными математическими выкладками, Кадир пришел к выводу, что цена составит ровно сто тысяч дирхамов <Дирхам (араб.) - денежная единица Марокко.>. Спускаясь к мерцавшему огнями городу, полностью погруженный в свои мысли, он даже не обратил внимания на чуть было не сбивший его автомобиль.
Кадир резко свернул на улицу, зажатую между белевшими в ночи двумя рядами стен, за которыми прятались шикарные виллы богатых европейцев. Не глядя по сторонам, он продолжал свой путь, пока не остановился у высоких решетчатых ворот. Его впустил высокий человек в тюрбане и серой джеллабе. Он велел Кадиру подождать.