Джером Суэйн никогда не был особенно близок с главным инспектором Скотленд-Ярда, но, прежде чем уйти на пенсию, он целых десять лет проработал детективом. У него были свои контакты с французской и итальянской полицией, и, получив информацию от лорда Маунтджоя, он знал, с чего начинать.

Открыв дверь своего пыльного офиса на Стрэнде и включив свет, Суэйн огляделся. Все было так же, как и час назад, когда он уходил. Детектив опустился на шаткое резное деревянное кресло, вытащил из кармана рубашки мятую пачку сигарет, сунул в рот сигарету и прикурил. Вдохнув в себя дым, Суэйн закашлялся.

– Начнем сначала, Суэйн, – сказал он сам себе, поднимая трубку телефона, и заказал разговор со своим старым другом Энрико Бастиани из римской полиции. Ожидая соединения, Суэйн стал изучать информацию, представленную ему лордом Маунтджоем.

По-видимому, Джордж Альберт Артур Маунтджой был молодым человеком в чине лейтенанта гвардии, когда унаследовал большую сумму денег от своей любящей тети Агаты. Не помня себя от радости, он оставил военную карьеру и немедленно отправился в Париж, чтобы жить так, как ему хочется.

Судя по фотографии, Джордж был высоким блондином с красивым лицом, большим любителем женщин и красивой жизни. Он как ураган пронесся по Европе, оставив за собой разбитые женские сердца, разгневанных родителей обольщенных им милашек и, по всей вероятности, парочку ребятишек. Вскоре отец лишил его наследства и отправил в Техас.

Два имени фигурировало в досье, которое отец Джорджа собрал на своего сына. Одно из них принадлежало итальянской женщине – Адриане Фиоралди. Второй была француженка по имени Мари-Франс д'Аранвиль. По Техасу не было никакой информации, так как никто ничего не слышал о Джордже Маунтджое с тех пор, как он туда уехал.