Заключили договор с типографией, умышленно позволили отделу рекламы обнародовать некоторые сведения, чтобы возбудить интерес к предстоящему событию, окончательно установили дату и время интервью Кейт для рубрики "Женщина-администратор" в одном из популярных женских журналов. Из-за нехватки времени у Кейт интервью предполагалось провести в "Деспардс", что давало возможность сопроводить статью выигрышными для фирмы фотографиями.

Труднее всего было обосновать то, что организацию всего шоу будет осуществлять Ролло. Отдел рекламы затаил обиду, но Кейт убедила Ролло представить им свои предложения с цветными рисунками, которые она выполнила собственноручно. Они с Ролло сидели безвылазно два дня и две ночи, превращая предстоящий аукцион в театрализованное зрелище, и Кейт мудро позволила ему играть главную роль при встрече с отделом. Выкладки Ролло звучали настолько убедительно, что, несмотря на некоторые возражения, приняты были единогласно.

- Господи, если аукцион состоится, он может затмить гонконгский, услышала Кейт чью-то реплику, когда все расходились после совещания.

- Да, и по затратам тоже, - кисло возразил собеседник.

- Если она что-то вобьет себе в голову, ее не удержишь.

- Совсем как ее отец.

Никакое другое признание не могло бы обрадовать ее больше.

Когда Кейт, все еще в возбуждении, вошла в свой кабинет, стоявший у окна мужчина обернулся к ней. Это был Блэз Чандлер. Он не видел причин особенно торопиться, поэтому появился в "Деспардс" спустя десять дней после звонка Агаты.

- Добрый день, - произнесла Кейт с такой ослепительной улыбкой, что Блэз против воли улыбнулся ей в ответ.

- Я пришел забрать Ремингтона, - без всяких объяснений объявил он.

Сияние померкло.

- У меня не было выбора, Блэз, - сказала Кейт твердо. - Я сразу узнала картину, а "Деспардс" не торгует краденым.