Ослепнув от слез, Рейчел кинулась прочь, стремясь как можно скорее очутиться далеко отсюда. Она жалела, что вообще пришла на похороны. Это было ошибкой, чудовищной ошибкой.

А как еще должна была реагировать Эбби на ее появление? Неужели Рейчел рассчитывала, что Эбби откроет ей объятия и встретит как родную долгожданную сестру? В общем-то, они действительно являлись друг другу сестрами, правда, сводными, если говорить точнее. Много лет назад Рейчел буквально не вылезала из публичной библиотеки Лос-Анджелеса, листая журналы и провинциальные газеты. Ее одолевал настоящий голод, ей хотелось как можно больше узнать о своем отце, с которым так редко удавалось видеться. Чем он был занят в то время, когда не находился с ней? Где он жил, как? Несколько лет подряд Ривер-Бенд часто упоминался в ряде журналов – преимущественно тех, которые писали о выращивании лошадей арабской породы. Дин редко сообщал Рейчел о таких публикациях, но каждый раз, открывая подобный журнал, она неизменно натыкалась на большие цветные снимки: Эбби гарцует на роскошном арабском скакуне, а рядом с гордым выражением стоит сам Дин.

Рейчел видела фотографии роскошного викторианского особняка, принадлежавшего этой семье, фантастически дорогие наряды, которые носили его жена и другая дочь, посещая великолепные балы и приемы. Она штудировала колонки светской хроники в хьюстонских газетах, посвященных первому выходу в свет Эбби Лоусон. Рейчел с трудом заставляла себя смотреть на фотографии, где ее сестра в ослепительном белом наряде была запечатлена на своем первом балу. Эбби – такая красивая и ухоженная… При взгляде на нее Рейчел испытывала боль.