Я рассердилась. Никто не имеет права так действовать на окружающих. Не позволю отцу запугивать себя, вот и все.

— Вы что, онемели? — произнес он.

— Доброе утро, папа, — ответили мы хором, — доброе утро, мама.

Мама засмеялась.

— Я возьму их с собой, чтобы смотреть на шествие. — Он кивнул. По-видимому, это означало одобрение. Мама продолжала:

— Нас пригласили в два места: к Клэр Понсонби и к Делии Сэнсон. Шествие пройдет мимо их окон, и все будет прекрасно видно.

— Да, в самом деле.

Отец посмотрел на мисс Белл. Как и я, она старалась не проявлять нервозности в его присутствии. В конце концов ведь она была дочерью викария; такие семьи считались очень респектабельными, и принадлежащим к ним девушкам всегда оказывали предпочтение в роли гувернанток и воспитательниц. Кроме того, она не была лишена мужества и не позволила бы себя унизить при ученицах.

— Скажите, мисс Белл, какого вы мнения о своих воспитанницах?

— Они делают значительные успехи, — ответила наша гувернантка.

Мама снова засмеялась.

— Мисс Белл говорила мне, что обе девочки способные… каждая по-своему.

— Гм. — Он испытующе посмотрел на мисс Белл, а я подумала, что в его присутствии так и надо себя держать — не выказывать страха. Большинство окружающих его людей не придерживалось этого правила, и тогда он становился особенно величественным. Смелость мисс Белл восхитила меня.

— Надеюсь, вы поблагодарили Бога за то, что он сохранил нашу королеву? — спросил отец, глядя на Оливию.

— О да, папа, — горячо ответила я.

— Мы все должны быть благодарны Богу, пославшему нам такую королеву.

А, подумала я. То, что она женщина, не помешало ей стать монархиней. Никто не отнял у нее из-за этого корону, так что и кузина Мэри имеет все права на поместье Трессидор. Подобные мысли приходили мне иногда в голову.

— Мы счастливы, папа, — сказала я, — что нами правит эта великая женщина (слово женщина я выделила).