— Ребенка?! — надрывно кричу я, выглядывая из гостиной в одних колготках и незастегнутой блузке, со стоящими дыбом волосами. — Ты издеваешься надо мной?! И где мы поставим кроватку, а?! Под кухонной стойкой?! Или на балконе?!

— Ну не в состоянии я купить прямо сейчас дом в пригороде! — Терри вскидывает руки и задевает бутылку с молочком для тела, которая стоит на полке под зеркалом. Та падает на соседнюю — с маслом, и вся шеренга моих обожаемых средств по уходу за собой с грохотом приземляется на пол.

— Смотреть же надо! — воплю я, несколькими прыжками пересекая комнату и влетая в ванную. — И поменьше размахивать чертовыми клешнями! — Кидаюсь собирать свои драгоценности с таким рвением, будто, если оставить их на полу до вечера, кремы и пенки засохнут или прокиснут.

— Чертовыми?! — задыхаясь от возмущения, переспрашивает Терри. — Ты сказала «чертовыми»?!

— Да-а! — Я вся трясусь. — Лучше бы помог, чем доканывать меня выяснениями!

— А ты лучше бы урезала свои аппетиты и прекратила наконец до отказа забивать полки всей этой дрянью!

— Дрянью?! — вскидываю голову, встряхивая «ирокезом». — Да я в этой проклятой клетушке только и утешаюсь что пенными ванными и ароматом масел на коже! Если бы ты был хоть чуточку более вдумчивым, давно бы это понял!

Терри вешает на шею галстук, но не завязывает его — подбоченивается и смотрит на меня, чуть раздувая ноздри.

— Для утешения тебе вполне бы хватило половины, а то и трети всех этих… — Он снова порывается обозвать мою косметику, но в последнюю секунду решает попридержать язык. — Посчитай, сколько бы мы сэкономили!

— Этого не хватило бы не то что на приличную квартиру, тем более дом, но даже и на старый дырявый сарай! — оглушительно кричу я.

— Тогда поменяй работу, — предлагает Терри, явно не без труда понижая голос. — Я, например, в поисках более достойных заработков готов податься хоть в клоуны!