— Он дал вполне четкие указания, можно сказать, настаивал. Мне это показалось немного странным, ведь раньше он всегда оставлял конечный выбор за нами, высказывая лишь пожелания.

— Сукин сын, он решил подстраховаться, — процедила она.

— Что ты имеешь в виду?

— Майк, с Гордоном… С Гордоном у нас был очень неприятный разговор.

— Я уже понял. Вы поспорили?

— Нет. То есть да. Похоже, он имеет на меня виды! — выпалила Энни.

— В каком смысле? — изумился Майк.

— В том самом… Он совсем не прозрачно намекнул, что желает увидеть меня в своей постели, а после этого моя карьера резко пойдет в гору.

— Что? Это шутка, надеюсь? Он же старше тебя лет на… тридцать!..

— Если точнее, то на тридцать пять. Но это не помешало ему воспылать ко мне отнюдь не платонической любовью. Этот контракт последний для этого журнала, мне срочно нужно искать другую работу. Вот так.

— Подонок! — мгновенно вспыхнул Майк. — Дай мне только добраться до этого негодяя!..

— Я думаю, не стоит. — Энни отвернулась. — Теперь ты понимаешь, почему мне так важно быстро выполнить условия этого контракта?

— Я просто не позволю тебе этого. Ты немедленно расторгнешь договор!

— Нет уж! — взвилась Энни и тут же принялась горячо объяснять свою позицию: — Такого удовольствия я Гордону не доставлю. Не хочу показаться ни слабой, ни несостоятельной. Из этой истории он вполне может раздуть целый скандал, а, учитывая еще и его связи, я вряд ли быстро найду работу. И я вовсе не горю желанием выплачивать неустойки из своих кровно заработанных денежек.

— Он тебе угрожал?

— Нет… То есть он прямо ничего не говорил… Не знаю, как сказать, но он… мне кажется, он надеется, что я допущу оплошность и все равно приду к нему. А если нет, то он не погнушается из невыполненного контракта раздуть целую историю и очернить меня в глазах потенциальных работодателей, представив ненадежным и бесталанным фотографом.