Началась яростная борьба, и Корнелл подливал масла в огонь. Оливер улыбался, обводя взглядом зал. Сидящая рядом Алина довольно ухмылялась, словно радуясь растущей цене.

Бывают времена, — подумала Джинни, — когда хочется снова стать десятилетней девочкой, и чтобы большая порция малинового мороженого была пределом мечтаний.

Леди Лулворт отчаянно торговалась, крича и размахивая своим кошмарным пауком, чтобы привлечь внимание Корнелла. Каждый раз, когда ее цену перебивали, она испускала стон разочарования.

— Вам не везет, леди Лулворт, — заметил Корнелл, побуждая ее продолжить торг. — Не желаете повысить цену?

— Ой…! О Боже… я…

Корнелл поднял молоток.

— Раз…

— Да! Да… еще пятьдесят фунтов! Он мой, он мой!

— Жалеешь о своем предложении, Оливер? — усмехнулась Джинни.

— Вовсе нет, — спокойно ответил Оливер.

— Она навяжет тебе свою доченьку, — предупредил Джереми. — Она уже отчаялась выдать ее замуж!

— Больше заявок не будет? — спросил Корнелл. — Раз… Два… — Он сделал драматическую паузу, и леди Лулворт заерзала на стуле. — Продано даме с пауком.

— Чудесно! — Она вскочила, бросилась на шею к Корнеллу и чмокнула его в щеку, а затем метнулась к Оливеру. — О, мне так не терпится! — лопотала она, хлопая в ладоши. — Не знаю, как смогу дождаться…

— Надеюсь, вам понравится, — добродушно ответил Оливер.

— О, конечно. Конечно, понравится!

— Какой ужас, — мрачно заметил Джереми, когда почтенная леди вернулась к своему столику. — Берегись ее доченьки! Жуткая девица! Едва не закогтила Эдварда Чатсби в прошлом году… Он уже начал было кольцо подыскивать, да вовремя опомнился. Надеюсь, тебя не надо предупреждать, а? Хватило же у тебя ума избегать брачных ловушек… Ой… — Он умолк и залился краской, сообразив, что совершил чудовищную оплошность. — О Боже… Простите… Я забыл… то есть, забыл о вас…