Брат с сестрой попрощались.

Королева смотрела, как граф Шампанский выехал из замка во главе своей кавалькады.

— Да как он смеет насмехаться над королевой! Он поплатится за это. Будь проклят! — не справившись со своими чувствами, воскликнула Элинор.

Ночь опустилась на замок. Петронелла завернулась в плащ и выскользнула в сад. Никто из встречных и мысли бы не допустил, что это может быть сестра королевы. Скорее всего подумали бы, что это одна из придворных дам спешит на свидание. Петронелла знала, что ее назовут своенравной и бесстыдной, но она почему-то не боялась этого, более того, она не страшилась и грозившего ей бесчестья. Что она могла поделать? Когда Рауль ее обнимает, силы и твердость оставляют ее; она уже почти согласилась, но потом, испугавшись, разрыдалась и сквозь слезы шептала: «Я не могу, я не смею!»

А он, нежно покусывая ей ушко, уговаривал: «Нет, можешь и смеешь!»

Теперь она знала, что не устоит и сдастся. Но не об этом ли слагают песни? В них поется о нежном ухаживании, о возвышенной любви, о рыцарях, идущих на смерть за своих дам, но куда лучше просто любить, чем умирать! Смерть ужасна своей кровью и болью, а любовь прекрасна. В ней желание, страсть и бурное ее удовлетворение, которое ей еще неведомо. Но она испытает это, и скоро. Ее собираются выдать замуж. А вдруг ее выдадут из государственных интересов за немощного старика? Вот Элинор выдали за Людовика. Правда, он король, но совсем не интересный. В этих делах он совершенно ничего не смыслит, как говорила сама Элинор. Если ее выдадут за такого, она обязательно заведет любовника. Кого-нибудь вроде Рауля…

Рауль! Она идет к нему и в этот раз не сможет отказать. Он просто не допустит этого. Петронелла вспомнила, как в прошлый раз он говорил сердито: «Я страдаю слишком долго». И эти сердитые ноты в его голосе бросали ее в трепет. Она решилась — сегодня.