Комнаты ее дяди и тети были пусты. Седина посмотрела на часы - уже половина шестого.
Они просто застряли там, в этом питомнике, подумала она, хотя ее это и не особенно удивляло, поскольку Ванесса уже несколько месяцев только и говорила об устройстве розария и увлекла своим энтузиазмом Мартина.
Поскольку дяде советовали побольше отдыхать и не переутомляться, его гардеробная рядом со спальней была переоборудована в небольшую гостиную с рядами книжных полок вдоль стен, в которой он бы мог расслабиться, отдохнуть и утолять свою страсть к чтению, послушать записи своих любимых песен и поговорить с женой о событиях дня за рюмкой хереса.
Селина вырвала белый листок из блокнота, лежавшего на столике розового дерева восемнадцатого века, и написала стремительным четким почерком: Адам Тюдор придет в девять часов. Говорит, что ему необходимо повидать тебя.
Она оставила записку там, где Мартин непременно ее заметит, когда придет в гостиную немного отдохнуть и переодеться к торжественному вечеру, и вернулась к себе в комнату.
Подавив зевоту, она залезла под мягкий и теплый плед и свернулась калачиком. Спать она не будет: немного подремлет и восстановит силы после двух тяжелых недель перелета домой и довольно длительной поездки на машине к границе между графствами Сассекс и Хэмпшир.
- Уже в полудреме она вновь вспомнила свой разговор с Адамом Тюдором, и на лице ее мелькнула загадочная улыбка. Немного страшно встречаться с ним - его внешняя привлекательность вряд ли соответствует тому фантастически притягательному голосу, и ее наверняка ждет глубокое разочарование. Впрочем, это имя показалось ей знакомым. Кажется, она слышала его.., когда-то давно.., где-то...