– Итак? Я слушаю.

Элен резко втянула воздух, после того как несколько секунд не решалась свободно вздохнуть. Слова, которые она сейчас произнесет, станут началом конца их отношений. И слова эти застревали в горле. Она пробормотала заплетающимся языком:

– Мама сообщила мне новости. На прошлой неделе она узнала, что умер ее дядя и оставил завещание в ее пользу. Все это случилось очень неожиданно. Мама не видела его уже много-много лет. Дядя никогда не был женат, а под конец жил совершенным затворником. Мама была его единственной родственницей. Я встречалась с ним только раз и помню все очень плохо. Мне тогда было семь лет.

Произошло это вскоре после того, как отец Элен бросил их с матерью. В один из холодных дождливых дней Маргарет принарядила дочку и повезла ее к двоюродному деду. В течение безрадостного путешествия им дважды приходилось пересаживаться с автобуса на автобус, а в конце их ждала не менее безрадостная встреча. Маленькая Элен отчетливо запомнила, как грубы были те слова, которые дедушка произнес, обращаясь к ее матери:

– Потому лишь, что твоя мать была моей сестрой, ты теперь являешься ко мне за подаянием? Не моя вина, что твой муж предпочел удрать от тебя к другой. Содержать ребенка – его обязанность, но уж никак не моя.

Они покинули его дом сразу же. Когда они шли под дождем к автобусной остановке, Элен видела, как дрожат мамины губы, и крепко держала ее за руку, стараясь передать матери всю свою любовь и сочувствие, трепетно сжимая тонкие пальчики в вязаных перчатках из грубой шерсти. Немного позже, где-то в середине длинного пути домой Маргарет приободрилась и сказала:

– Думаю, нам следует пожалеть дедушку. Он решил, что мне нужны его любимые деньги, а мне нужен был только он сам, последний, кто остался из нашей семьи. У него нет никого, но мы есть друг у друга, а это гораздо ценнее, чем любые деньги. Нам повезло больше, чем ему.