Он снял трубку, откинулся на спинку удобного кожаного кресла и устремил взгляд в безбрежную потрясающе красивую даль Сиднейской бухты.

– Марк! Тебе придется что-то сделать с этой женщиной, и немедленно! – Вито Марселло буквально ревел в трубку.

– Ты говоришь о шлюшке Андре? – мягко переспросил Марк.

– Она, возможно, и шлюшка, но также и мать моей единственной внучки, – взвыл Вито.

Марк замер.

– Что заставляет тебя так думать? Андре отказался от теста на отцовство. Он уверял меня, что всегда предохранялся.

– Он, вероятно, и предохранялся, но у меня есть причины полагать, что неудачно.

Марк нахмурился и повернулся к столу, сердце екнуло от недобрых предчувствий.

– Передо мной лежит письмо и фотография ребенка, – голос Вито дрогнул. – Она вылитая Андре в детстве.

Марк сжал губы, старясь сдержать рвущиеся наружу эмоции. Ему в жизни крепко досталось: с того момента, как у отца обнаружили неизлечимую болезнь, все тяготы семейного бизнеса легли на его плечи. А тут еще и смерть младшего брата…

Сиднейское отделение банка Марселло процветало, Марк ушел в работу с головой, чтобы не думать о брате и блокировать боль.

– Папа. – Его голос звучал нежно, почти проникновенно. – Очень трудно…

– Нам необходимо заполучить этого ребенка, – прервал его отец. – Она все, что нам осталось от Андре.

Марк почувствовал дрожь в руках от требовательного тона отца.

– Как ты себе это представляешь?

– Обычный способ, – отец говорил с неприкрытым цинизмом. – Если ты предложишь ей достаточно денег, она сделает все, что попросишь.

– И сколько денег, по-твоему, я должен предложить ей? – спросил Марк.

Вито назвал сумму. Марк откинулся на спинку кресла и затаил дыхание.

– Большая цифра.

– Точно, – согласился отец. – Но я не вижу иного способа заставить ее принять твое предложение. После моего ответа на ее предыдущее письмо, полагаю, она станет мстить нам.