– Я вам сказал правду. – Он еще раз мельком взглянул на Эмму. – Мэгги была моим лучшим другом.

Эмма в упор посмотрела на него, когда они поворачивали за угол и въезжали на улицу, ведущую прямо к старому дому. Она не понимала, зачем он это сказал: хотел оправдаться? И все же, если это правда, он может рассказать ей о Мэгги все, что она хочет знать. Ей известно только, что Мэгги тихо умерла в своей постели. Правда, жаль, что ей придется получать эту информацию от постороннего ей человека, но, видно, другого выхода нет…

– Она долго болела? – нервно играя замком сумочки, спросила она.

Если долго, то почему не поставила ее в известность? И вновь Эмма ощутила жуткое одиночество, которого не знала, пока из жизни не ушла Мэгги.

– Не очень. Мэгги была увлечена новой библиотекой. В сущности, если бы не она, этого проекта вообще не существовало бы. – Брент притормозил возле здания школы, внимательно наблюдая за детьми, которые так и норовили перебежать улицу перед самыми колесами машины. – Я заходил к ней каждый день.

Эмма повернулась к нему, побагровев от гнева, не в силах сдержать нахлынувшие на нее чувства.

– Если вы называете себя ее лучшим другом, почему не помогли ей с библиотекой? И вообще…

2

Он тоже повернулся к ней, и в первый раз до Эммы дошло, что он переживает смерть Мэгги не меньше нее.

– Я делал все, что она позволяла мне делать! – защищаясь, воскликнул он. – Но она никогда не выглядела больной.

Эмме стало немножко легче от этих слов.

– А я думала, что она болела и не хотела мне сообщить.

– Вы бы приехали? – ехидно спросил он. Ну и манеры! Если бы она могла убивать взглядом, он был бы уже мертв.

– Послушайте, мистер…

– Мы приехали, – перебил ее Брент, не обращая внимания на ее ярость и останавливаясь перед старым особняком в викториан-ском стиле.

Эмма выглянула в окно и вздрогнула. На сердце у нее стало еще тяжелее.

– Нет, я передумала! Я лучше вернусь в мотель… – Голос ее прервался, хотя она всеми силами старалась сдержаться.