Похмелье от красного вина – страшная штука. Мне было больно даже от того, что в голове проносились обрывки смутных мыслей, а ведь буквально через час придется отчаливать от Дома печати в какой-нибудь редакционной колымаге, годной разве что на перевозку лежалых овощей. Впрочем, я и был – лежалый овощ, так что поделом. Да еще и не помню ничего совершенно, ну просто ничего…где мы были? Какие-то лица, невнятные фразы, темнота, чьи-то руки закрывают мне глаза, странные духи – пахнут как-то томно и неприятно, – потом неожиданная тишина, запах подвала, и…тут мои мозги взорвались.

– Блин, я проспал, вот баран – черт, черт, чертблин!

Не прекращая вопить, Крис обулся и выскочил из квартиры.

Однако почти сразу дверь снова на секунду распахнулась, и на пол у дивана шлепнулась коробка алкозельцера.

Вот что значит настоящий друг, слезливо пробормотал я и потянулся за водой, дрожа с головы до ног. Теперь должно стать легче. Дай-то бог. Только вот устроюсь поудобнее. Боже, как мне плохо, а… и ведь знал же, что так будет – так нет, все равно потащился за Крисом…

Он всегда, с первого класса, подбивал меня на всякие идиотские затеи, и всегда мне потом было плохо, а ему – как с гуся вода. Хотя пока мы были рядом – за одной партой, в одной волейбольной команде, в одной группе в художке – и со мной никогда не случалось ничего действительно страшного. Но стоило мне оказаться вдали от Криса и его счастливой звезды, везенье закончилось – как раз тогда, когда я меньше всего был к этому готов.

Никто на всем белом свете не мог мне помочь.