— Боже мой, Луиза, — взмолилась виконтесса, осматривая свою атласную юбку. — Посади в клетку это животное! Я только что купила это платье, и если зверь порвет его, Керквуд снова ограничит мое пособие на карманные расходы.

Герцогиня Фоксмур приподняла бровь:

— А я-то думала, что твой муж ограничивает пособие из-за твоего непомерного увлечения игрой в фараона, Сара.

В комнате установилась напряженная тишина. Все знали, что герцогиня и леди Керквуд не любят друг друга, несмотря на дружбу, связывающую их мужей. По правде говоря, высокомерную леди Керквуд никто особенно не любил. Когда они учились в школе, ее называли Глупой Сарой, а некоторые и сейчас продолжали так называть за глаза, потому что она, вопреки здравому смыслу, продолжала проигрывать в карты свое пособие «на булавки». Миссис Харрис пыталась внушить своим ученицам неприязнь к азартным играм, но на леди Керквуд это не действовало.

Виконтесса раскрыла веер.

— Тебе самой следовало бы попробовать играть в фараона, Луиза. Думаю, тебе скоро наскучат поездки по тюрьмам с целью помощи бедным заключенным женщинам. Какой смысл выходить замуж за герцога, если не имеешь возможности наслаждаться тем, что может дать тебе твое положение? Но первое, что тебе следует сделать, — это заявить мужу, что его отвратительному любимцу не место в приличном обществе.

Очевидно, «отвратительный любимец» понял, что его оскорбляют, потому что немедленно повернулся так, что леди Керквуд осталось любоваться его голым задом.

Леди расхохотались.

— Уверена, что Раджи только что сказал тебе все, что думает о твоем мнении, — сказала герцогиня, поблескивая глазами.

Леди Керквуд сердито взглянула на нее.

— Если это ужасное животное не будет осторожнее, то в один прекрасный день может оказаться на дне уборной, — сказала она, не оставляя сомнения в том, кто постарается лично вышвырнуть его туда.

Увидев, как помрачнело лицо герцогини, Люси решила, что пора взять дело в свои руки.