На глазах Люсинды снова появились слезы. Как Питер посмел с презрением отвергнуть ее? Другие мужчины ее не беспокоили. Половина из них были послушными баранами, которые делали то, что велели им мамаши. Но ведь она ни на секунду не сомневалась, что Питер будет принадлежать ей…

Люсинда еще заставит его проклясть тот день, когда он отказался от нее. Девушка принялась было рисовать нож, пронзивший его вероломное сердце, когда послышался стук в дверь. Она торопливо спрятала блокнот под подушку и крикнула, чтобы входили.

Мачеха легко проскользнула в комнату со свойственной ей грацией. Леди Керр была замужем за отцом Люси чуть больше года.

— Твой отец закончил беседу с миссис Харрис, — сказала мачеха и взглянула на небрежно сваленную на кровати кучу одежды. — Мы уезжаем. И он хочет попрощаться с тобой.

— Я скоро приду.

Леди Керр взглянула на раскрытый чемодан:

— Может быть, помочь тебе распаковать вещи?

— Мне не нужно твоей помощи, — огрызнулась Люси, но, заметив, как поежилась леди Керр, тут же сменила тон и заговорила более ласково: — Очень мило с твоей стороны предложить помощь, но я справлюсь сама.

Когда Люси увидела нерешительную улыбку мачехи, у нее заговорила совесть. Леди Керр изо всех сил старалась подружиться с падчерицей. Отец даже намекнул, что леди Керр была бы счастлива, если бы Люси стала называть ее мамой. Но Люси не могла себя заставить. Она подсмеивалась над постоянными напоминаниями леди Керр о том, что следует говорить тише, следить за тем, что говоришь, и не хохотать над грубыми шутками мужчин. Если упреки — это все, чем занимается мать, то Люси, возможно, повезло, что она растет без матери.

Однако жизнь отца Люси леди Керр явно улучшила. Она очень любила мужа. Сильная и спокойная, она уравновешивала импульсивную натуру отца и никогда не ругала за глупости, которые он делал, если его сбивали с толку.