– Знаете, что я думаю? – спросила Сирина, стараясь говорить ровно. – Я думаю, что вы грубый и надоедливый тип.

Он коротко засмеялся.

– Наверное, мы оба правы. Следует ли мне признаться, что я никак не мог сосредоточиться на игре, мечтая узнать вкус твоих губ?

Сирина замерла. Единственным движением было шевеление золотых локонов вокруг ее лица. Затем ее подбородок поднялся, и глаза потемнели от вызова.

– Сожалею, – тихо ответила Сирина и сжала пальцы в кулак. Пассажир или не пассажир, решила девушка, но он сейчас испытает на себе тот удар, которому ее обучили братья.

– Крайне редко что-то или кто-то может повлиять на мою сосредоточенность. – Сообщая это, он сильнее наклонился к ней. Сирина напрягла мускулы. – У тебя глаза ведьмы, а я очень суеверный человек.

– Высокомерный, – спокойно поправила Сирина. – Но не думаю, что суеверный.

Она увидела улыбку в его глазах, только когда его лицо зарыло ей весь обзор.

– Ты веришь в удачу, Сирина?

– Да. – И в хороший удар в нужное время, добавила она про себя. Сирина почувствовала пальцы Джастина на шее под волосами. Его рот начал медленно приближаться. Каким-то образом теплая волна его дыхания привела к тому, что ее губы раскрылись, а внимание ослабело.

Одна рука мужчины до сих пор удерживала руку девушки, а пальцы другой чертили на ее теле круги, заставляя ее чувствовать себя так, как если бы кожи касались губы. Борясь со все возрастающей слабостью, Сирина подалась назад, целясь в уязвимый и беззащитный живот. Меньше, чем в дюйме от цели, ее кулак попал в жесткий захват. Разочарованная, она продолжала бороться, но услышала только смех.

– Глаза выдают тебя, – проговорил Джастин, удерживая ее неподвижной. – Тебе следует поработать над этим.