Стальной взгляд буквально пригвоздил ее к полу.

— Кто попросил? — Вопрос прозвучал довольно резко.

Улыбка медленно сошла с ее лица, Тори нахмурилась. Когда утром она согласилась съездить в аэропорт, встретить мистера Макгвайра и довезти до дома его сестры, она никак не рассчитывала, что это выльется в проблему.

— Ваша сестра, — пробормотала она, решив, что внешняя красота этого истукана явно не соответствует его внутреннему содержанию.

— Мэдисон? — сердито переспросил он. — Что у вас общего с моей сестрой? — Он критически оглядел ее с ног до головы.

Тори попыталась взглянуть на себя его глазами: рост — сто пятьдесят восемь, мальчишеская фигура, темные, почти черные шелковистые волосы до плеч, лицо с тонкими чертами без всякого макияжа, темно-синие глаза, курносый веснушчатый нос, крупноватый рот и решительный подбородок. С потрясающе красивой Мэдисон Макгвайр ее роднил только возраст: им обеим было по двадцать четыре года.

Она снова улыбнулась, на этот раз с холодной вежливостью.

— Мои родители владеют фермой неподалеку от дома Мэдисон и Гидеона, они присматривают за домом, когда нет хозяев.

— И что?

Тори почти физически ощущала его враждебность — словно она собиралась не до дома его подвезти, а ограбить.

— Вчера вечером Мэдисон позвонила и попросила меня...

Он выругался:

— Черт побери! Я же просил Гидеона не рассказывать никому, куда я направляюсь.

— Мэдисон — его жена, — сердито заметила Тори.

Они встретились и полюбили друг друга во время съемок фильма на острове два года назад. Мэдисон играла главную роль, а Гидеон был продюсером фильма, который впоследствии принес им обоим «Оскара». Им понравился Мэн, они купили себе там дом и бывали в нем довольно часто вместе с маленькой дочерью Келли, которой исполнилось всего шесть месяцев.

— Возможно, — сердито проворчал Джонатан Макгвайр, — но я настоятельно просил Гидеона...