– Если он такой подонок, зачем ты хотела с ним обручиться? – удивился Рикардо.

Накопившаяся за многие месяцы ненависть вдруг всколыхнулась в Трейси и вынудила ее сказать то, в чем она не хотела признаваться даже себе:

– Потому что Пол дал мне ясно понять, что, если я не буду с ним спать, если не буду хорошей девочкой, он вышвырнет моего отца на улицу!

– Он шантажирует тебя?

– Да! – Ее резкий ответ прозвучал, как удар хлыста. – Твой партнер меня шантажирует.

– Партнер? Пол мне не партнер. – Рикардо рассмеялся, однако его веселье длилось недолго. Он довольно быстро сообразил что к чему, и его лицо стало мрачнее тучи. – Вот, оказывается, как он это преподносит? – прошипел Рикардо. – Вот как, значит, действует? Вот откуда черпает свою власть? Дает персоналу понять, что является владельцем парка?

– Совладельцем, – поправила его Трейси.

– Совладельцем? – прорычал Рикардо с такой яростью, что Трейси поёжилась. – Он не имеет к нему никакого отношения. Я – единственный владелец парка! Менеджеры всех моих предприятий имеют не более пяти процентов акций, этого достаточно для морального удовлетворения и финансовой заинтересованности, – пояснил он сердито. – Дает гарантию прибыли.

– Ага, прибыль! Вот оно, ключевое слово! – Трейси с отвращением смотрела на Рикардо. – Вот где собака зарыта! Мы все очень хорошо знаем о твоей любви к этому волшебному слову.

– Прошу прощения? Что ты хочешь этим сказать?

– Прибыль! – повторила Трейси с ядовитой усмешкой. Теперь она не видела смысла в том, чтобы притворяться. Рубикон был перейден. По крайней мере, она выскажет этому высокомерному негодяю в лицо все, что думает о нем и о его методах работы, чтобы хоть как-то отомстить за боль и страдания, причиненные ее семье. Возможно, он непробиваем, но во всяком случае последнее слово в этой печальной повести останется за ней. – Прибыль! Это краеугольный камень твоей сущности, вернее ядро. Кроме прибыли, тебя ничто не интересует, поэтому твои сотрудники горбатятся за сущие гроши и бесплатно вкалывают на тебя сверхурочно. Теперь мне понятно, почему популярный некогда парк превратился в свое жалкое подобие.