Он начал терять терпение. Ему хотелось уйти ото всех. Он дорого заплатил бы сейчас, чтобы оказаться в открытом море на яхте и забыть обо всех этих ужасах. Он плохо себя чувствовал в этой нервной больничной атмосфере.

Он услышал, как его мать сказала:

– Дорогой, у тебя очень много дел. В суде должно состояться слушание дела об аварии. Эти ужасные люди, в которых ты въехал, собираются судиться. Во всяком случае, они говорят так, хотя сами получили только царапины. Их даже в больницу не отправили. И вот теперь будет слушаться дело, а затем придется ухаживать за дорогой Кристиной, когда ее выпишут из больницы. Ты поймешь, что не так-то легко содержать дом без женщины и…

Но Кристина прервала этот поток слов. Она покраснела, а ее огромные блестящие глаза с яростью смотрели, как леди Гейлэнд спокойно раскладывала розы.

– Я очень рада, что вы сможете позаботиться о Винсе. Не моя вина, что я не могу сейчас вести хозяйство. К тому же найдется много людей, которые будут ухаживать за мной, если он будет занят… – она начала заикаться от волнения.

Леди Гейлэнд посмотрела с выражением уязвленной невинности.

Широко открыв глаза, она сказала:

– Неужели я обидела тебя? Я совсем не хотела…

– Пожалуйста уйдите все, оставьте меня одну, – сказала Кристина и расплакалась.

Леди Гейлэнд пожала плечами, вышла и попросила одну из медсестер поставить цветы в комнату Кристины. Винсент остался, чтобы успокоить свою молодую жену. Он только смутно догадывался, что могло так расстроить ее, и надеялся, что его жена и мать просто не поняли друг друга. Конечно, он знал, что его мать может раздражать людей, а Тина сейчас больна и нервничает. Он не позволит огорчать ее.

– Милая, все будет хорошо. Не плачь больше, скоро мы опять будем вместе, – прошептал он.

Кристина взяла себя в руки.

– Спасибо, дорогой, – сказала она. Он с нежностью поцеловал ее.

– Очень не хочется уезжать, но я должен. Днем мне надо зайти на работу. Есть очень важное дело относительно экспорта.