- Хохол, передай ему...

- Хлеб, яйки, млеко? Хенде хох, Гитлер капут! - Приятель заржал было без всякой задней мысли, но тут же осекся под взглядом Гюнтера:

- Битте-дритте!

- Данке, - поблагодарил немец.

- Наверное, надо было сказать "мерси", - чтобы сгладить неловкость, Алексей улыбнулся соседу, а потом вновь повернул голову к землякам:

- Привыкайте, ребята! Теперь, говорят, нам будет положено общаться только по-французски. Даже между собой...

Так называемые "комба", то есть те, кто уже прошел отбор и со дня на день ждал выезда на спецподготовку в Кастельнодари, питались в общем зале столовой, но за отдельным столом. Формирование очередной команды как раз подходило к концу, и в этот вечер парней-"комба" набралось даже несколько больше, чем обычно - примерно дюжины полторы. Пестрая публика: десяток соотечественников Алексея и прочих братьев-славян, парень из Прибалтики, который в Легионе тоже считался "русским", азиат по имени, разумеется, Ким и четверо цветных. Еще имелся некий тип непонятной кавказской национальности, а Западную Европу кроме Гюнтера представляли француз и испанец.

Алексей уже наливал себе кофе, когда в столовую ввели группу свеженьких, только что прибывших кандидатов.

- Во! Пополнение... - Хохол поковырял пальцем в зубах и сыто рыгнул.

- Как не стыдно! Ведите себя прилично, месье, - шутливо сдвинул брови Алексей. - Какой пример вы подаете молодежи?

Но приятель отмахнулся, и наметанным взглядом выделив кого-то из толпы наголо бритых, озирающихся по сторонам парней, окликнул его на весь зал:

- Эй, земеля? Откуда?

- Краснодар! - охотно отозвался тот, сверкнув золотой коронкой.

На первый взгляд он ничем не отличался от остальных новичков, одетых в такие же казенные спортивные костюмы, и Алексей в который уже раз отметил способность своих соотечественников распознавать друг друга без слов и документов.