- О, почти сосед...

- Шухер! - выпалил кто-то, но было поздно.

Прямо напротив столика, за которым расположились Хохол и другие "комба", замер в привычной позе надсмотрщика за рабами капрал-шеф Дюпон по прозвищу Дятел. Глаза, как обычно, пустые, руки за спиной, ноги на ширине плеч... Шум в зале утих - настолько, что Алексей услышал даже гудение кондиционера под потолком.

Наконец, капрал-шеф брезгливо и будто нехотя разлепил губы.

- Встань, - перевел кто-то шепотом. - И назовись.

Но Хохол уже понял приказ. Он вытянулся в струнку перед Дюпоном, проорал фамилию и по старой армейской привычке принялся пожирать начальство глазами.

Дятел задал следующий вопрос - как догадался Алексей, его интересовало, знаком ли кандидат с установленными в лагере правилами поведения. Познания приятеля во французском были скудны до неприличия, но даже он уловил в речи Дюпона пару знакомых слов. А потому напрягся из последних сил и выдал:

- Миль пардон, мон капрал... то есть, капрал-шеф.

- Встать. Смирно!

Затем последовал приказ - всем "комба" покинуть помещение и построиться в одну шеренгу.

- С-сука, Дятел...

Под сочувственными и удивленными взглядами нескольких десятков кандидатов в легионеры, их старшие товарищи торопливо пересекли зал и привычно разобрались по росту перед входом в столовую.

Прозвучала команда, после чего "комба" строевым шагом проследовали на пресловутый плац - мимо типографии и неприметного здания, в котором размещалось что-то вроде компьютерного центра Легиона.

- Стой! Вольно...

Перед шеренгой снова с презрительной миной на физиономии появился Дятел. Несмотря на жару, форма у него под мышками была сухой, да и на лице не блестело ни капельки пота.

- Смирно!

Хохлу было приказано сделать два шага вперед и принять упор лежа. Несколько минут капрал-шеф Дюпон подробно обьяснял, в чем заключается провинность будущего легионера и для чего необходимо соблюдать дисциплину, а также славные полуторавековые традиции самой известной в мире войсковой части...