– Подождите! – воскликнул он, не успев подумать, какой задать вопрос. – А… мисс Лесли?

Патриция Элбертсон резко остановилась, повернула голову и устремила на него пронизывающий взгляд.

– Что – мисс Лесли? – требовательно и с нотками недовольства спросила она.

– Гм… Забыл ее фамилию…

– Спенсер, – напомнила она, продолжая всматриваться в лицо Рассела. Должно быть, на нем отражалось нечто такое, что возбуждало ее любопытство и вместе с тем каким-то образом ее задевало.

– Да, точно – Спенсер… – Рассел чувствовал себя дурак дураком. Может, она все-таки узнала про вчерашнее – скажем, от «доброжелателей» или от тех же детей – и Лесли уволили, вдруг подумал он. С его губ сам собой сорвался вопрос: – Где она?

Директриса чуть сдвинула брови.

– Ее нет.

Не успел Рассел вымолвить больше и слова, как она отвернулась и поспешно ушла в класс.

Хорошо, что вчерашнюю проблему специалисты на Аляске устранили еще до того, как в нью-йоркском центре управления собралась вся команда инженеров-конструкторов. Подтвердилась версия Рассела: вышел из строя один из датчиков под вышкой буровой установки. Еще раз похвалив любимчика подчиненного, Йоргенсен дал команду возвращаться к текущим делам. Работа пошла в привычном ритме. Рассел открыл документы и уставился на экран невидящим взглядом.

Неужели ее правда выгнали? – потекли мысли в совсем не рабочем направлении. Она так боялась потерять это место! Может, надо было окольными путями выяснить у ведьмы Элбертсон, не успели ли ей доложить о вчерашнем? И, если успели, заверить ее, что у нас с Терри к мисс Спенсер нет никаких претензий. Что мы, напротив, очень хотим, чтобы она осталась.

Он целый день сидел как на иголках. Уэйну во время перерыва на ланч то и дело отвечал невпопад, сосредоточиться на работе никак не удавалось, отчего он недоумевал и досадовал. А в детский сад приехал ровно к шести, твердо решив выспросить о Лесли у любой воспитательницы, хоть у той же директрисы.