Пока они шли к ресторану в конце пирса, в Джеки чувствовалось какое-то внутреннее напряжение, словно его присутствие ее смущало.

— Так ты поэтому стал поваром? Из-за своего аппетита?

— Шеф-поваром, — поправил Эйдриан. — Но в целом, ты права, мой аппетит, наверное, сыграл определенную роль в моем выборе. Тетушка, что нас воспитала, работала до ночи, и нам, чтобы не питаться одними полуфабрикатами, приходилось все время что-нибудь изобретать.

— Она была официанткой или что-то в этом роде?

— Нет… — Эйдриан улыбнулся и, представив свою тетку в качестве чьей-то обслуги, подавил смешок. — Она актриса. Несравненная Вивиан. Последние несколько лет — звезда Бродвея, но тогда работала в Хьюстоне. Это была жертва, на которую она пошла ради нас. Я, в свою очередь, помогал тем, что ухаживал за своей престарелой бабушкой и двумя младшими сестрами, одновременно осваиваясь на кухне. Поскольку мне всегда нравилось баловать себя, я решил, что, даже стряпая, можно расслабиться и получить максимум удовольствия. — Эйдриан вложил в свои слова столько двусмысленности, что это заставило Джеки поднять на него глаза. — А ты?

— Когда мне хочется есть, я, как правило, хватаю то, что побыстрее и попроще готовить.

— Побыстрее и попроще? М-м… Пожалуй, меня можно на это подбить.

Джеки остановилась и посмотрела ему в лицо. В ее стриженых волосах играл ветер, за спиной звучал шум прибоя.

— Слушай, как бы мне ни нравились твои двусмысленные шуточки, давай внесем ясность: мы с тобой не на свидании. Мы идем в ресторан, где я за ужином намерена втолковать тебе, чтобы ты не рассчитывал на мою помощь.

— А я думал, мы идем в ресторан, потому что за ужином я хотел тебе кое-что предложить.

Джеки развернулась, собираясь вернуться на корабль, но Эйдриан поймал ее за локоть.

— Прости, ты права. — Он попытался изобразить робость и смирение. — Раз уж это действительно деловой ужин, я постараюсь вести себя прилично.