— Обойдусь. Но ты повторяешься, дорогая. Не пора ли придумать что-нибудь новенькое? Или я ошибаюсь и прежние забавы тебе приелись? Не потому ли ты увлеклась автогонками? Я видел, как ты неслась на сумасшедшей скорости. Ищешь новых острых ощущений? Ты ездишь так, словно завтра никогда не наступит.

Сам того не зная, Роджер попал в точку. Улыбка исчезла с ее лица. Жаклин отвела взгляд от его горящих негодованием глаз и, опершись на парапет, посмотрела на спокойную гладь моря.

— Завтра, завтра, завтра… — безжизненно повторила она. — Кажется, есть такая песенка… Череда бессмысленных, пустых дней… Боишься, что я разобьюсь? Вряд ли… Судьба уготовила мне другую участь, — пробормотала она, ощущая на себе его пристальный взгляд.

— Считаешь, что с тобой ничего не может случиться? — холодно заметил Роджер. — Ты что, заколдована?

Жаклин горько рассмеялась.

— Может, и так…

Правда была куда страшнее. Ей придется жить еще очень долго, чтобы заплатить страданием за все свои грехи. Поэтому она не может умереть завтра.

— Однажды ты чудом избежала гибели, — гнул он свое. — В следующий раз все может кончиться гораздо хуже.

Жаклин побледнела еще больше. Роджер разбередил старую рану, которая, похоже, никогда не затянется… С огромным трудом она скрыла отчаяние под маской высокомерия.

— Зачем ты приехал? — спросила она в третий раз.

Роджер взглянул на нее с откровенным презрением.

— Я с удовольствием забыл бы о твоем существовании. Если бы не Тони…

Ее словно громом поразило. Сердце на секунду остановилось. Жаклин повернулась к Роджеру с совершенно белым лицом.

— Кто? — еле слышно пролепетала она.

— Будь ты проклята! — закричал Роджер. — Неужели ты так легко все забыла? Тони! Попробуй вспомнить, кто это! Вспомни своего сына!

Жаклин покачнулась, боль пронзила все ее тело. Мир словно раскололся на миллион осколков.