— Мне плевать, что бы ты предпочла, — грубо отозвался Ралф, открыл дверцу автомобиля и жестом велел ей сесть. — Ты сделаешь так, как я скажу.

Никогда прежде он не позволял себе подобного тона, и все ее существо восстало против этого высокомерного диктата.

— Не смей мне приказывать, Ралф. — Линда старалась говорить твердо и холодно, но голос предательски дрожал от обиды. — Я хочу развестись, как тебе известно, поэтому ты не имеешь права…

— К черту права! — Он кипел от злости. — Никогда мои права, как ты изволишь выражаться, не повлияют на мои желания! Впрочем, не принимай этого на свой счет, Линда, тебя я не хочу, не волнуйся. Кроме отвращения и презрения, других чувств ты не вызываешь. Пора бы это понять.

Она поняла, да так ясно, что дыхание перехватило от резкой боли в груди. Ей не в чем упрекнуть Ралфа. Она предполагала, что он забудет или возненавидит ее, думала, что так ему будет легче перенести ее уход, но, встретившись вновь… Господи, ну как это вынести!

— Тогда почему… — Голос сорвался, Линда судорожно глотнула воздух. — Зачем ты нашел меня?

— Потому что, нравится тебе или нет, ты пока еще моя жена, и будь я проклят, если позволю тебе уйти без всяких объяснений. Наказание началось. Так что садись в машину и не вздумай открыть без разрешения свой очаровательный ротик. — Ралф говорил спокойно и негромко, но угрожающе.

Автомобиль быстро проскочил городок, миновал вымощенную булыжником рыночную площадь, старинную церковь и играючи въехал на крутой холм. Ралф молчал, сосредоточившись на узкой извилистой дороге.

Загорелая кожа, прямой нос, копна темных блестящих волос. В первые дни бегства это лицо стояло перед мысленным взором Линды, словно живое, но прошло три месяца, и любимый образ начал терять четкие очертания. И вот Ралф рядом. Как же я люблю его, всегда буду любить!

— Ну вот, сейчас все и выясним.