Но только ее голова показалась из машины, они моментально примчались обратно. Видимо, им нечасто приходилось видеть стокилограммовых дам, облаченных с головы до пят в пунцовый бархат, с прической точно в тон платью, но уж когда такой случай представился, они не собирались упускать его. Довольные бесплатным зрелищем, они заливались жутковатым, скрипучим смехом, от которого у нас кровь стыла в жилах, и развлекались, как могли.

- Идите сюда! - орали они. - Только гляньте на эту толстую корову! Вот ужас-то, что это такое на ней? Мамочкины занавески? Ну и страхолюдина!

И наконец:

- А что, в "Гринпис", что ли, позвонить? Пусть пришлют патруль.

Лицо у бедняжки Меридии стало таким же пунцовым, как и ее наряд. Бочком, съежившись, она прошла несколько шагов до дома миссис Нолан, а за нею следом, точно за крысоловом из Гаммельна, вприпрыжку, хохоча и выкрикивая обидные слова, бежала ватага маленьких паршивцев. Веселье было такое, будто в город приехал цирк шапито, а Хетти, Меган и я сгрудились вокруг несчастной жертвы, почти искренне стараясь защитить ее и отогнать разбушевавшихся детей.

А потом мы увидели дом, где жила миссис Нолан. Не заметить его было невозможно.

Каменная облицовка, двойные стекла, подъезд с маленьким застекленным крылечком. На всех окнах подхваченные лентами кружевные занавески в рюшах и оборочках и прозрачный тюль. Подоконники до отказа уставлены безделушками, фарфоровыми лошадками, стеклянными собачками, бронзовыми кувшинчиками, меховыми зверюшками, сидящими в игрушечных креслицах-качалках. Все эти безусловные приметы достатка выделяли жилище миссис Нолан среди окрестных домов. Среди гадалок по картам Таро она, безусловно, была звездой.

- Звони в дверь, - велела Хетти Меридии.

- Нет, давай ты, - сказала Меридия.

- Но ты ведь здесь не в первый раз, - возразила Хетти.