— Не верится, что нечто столь совершенное может нести такое проклятие.

— А, проклятие! Это из легенды, насколько мне известно. У меня не было с ним никаких неприятностей. Думаю, проклятие выдумали, чтобы отпугнуть грабителей. — Дваер надеялся, что Лоуренс поверит ему. Он не упомянул о происшедшем с Бейли и Грином.

— Возможно, вы правы. Как чудесно, что венец так хорошо сохранился. — Лоуренс осторожно положил его обратно в обтянутый шелком ларец.

Дваер кивнул:

— Нам повезло. По-моему, после того, как венец был украден из могилы, около 1200 года до нашей эры никто не прикасался к нему, пока прошлой весной я отыскал захоронение.

Он не сказал, что нашел его не он, что он был чернорабочим, похитившим венец после смерти людей руководивших раскопками, и вынужденным бежать из страны, спасаясь от преследования.

— Многие желали бы приобрести венец, — раздумывал Лоуренс, поворачиваясь к Дваеру. — Почему вы предложили его мне?

— Я слышал, что вы человек, разбирающийся в этих вещах и благоразумный.

— Я всегда старался быть благоразумным, — ответил Лоуренс, открывая ящик стола и вынимая тяжелый кожаный кошелек. — Не беспокойтесь, ни одно слово нашего разговора не просочится за пределы этой комнаты.

— Рад слышать это. Коллекционер бросил ему кошелек.

— Там, как мы условились, вы найдете щедрое вознаграждение.

Лицо Дваера исказила хищная улыбка, когда он подержал кошелек в руке, прикидывая его вес.

— Если вам еще что-нибудь понадобится, дайте знать.

— Конечно. — Энтони мягко опустил крышку ларца и проводил посетителя до дверей. — Спасибо за визит.

— Вам спасибо, — искренне ответил Дваер, покидая дом мистера Энтони.

Дваера била дрожь, когда он возвращался в гостиницу. С тех пор как он тайно вывез из Египта ларец, он постоянно был в напряжении. Наконец-то он освободился от этого груза! Теперь можно расслабиться и наслаждаться жизнью.