— Прости, — пробормотал Джеймс. — Кажется, я тоже не оставался в стороне?

— Иногда. Кроме того, я боялась показать свою зависть. Хотя мне больно находиться вдали от семьи, но если мне суждено остаться одной, то пусть это случится далеко от дома. Я хочу жить своей жизнью, а не слоняться по дому унылой старой девой, раздражая окружающих. Лучше пусть меня навещают, чем дают мне приют.

— Джилли, неужели ты думаешь, что кто-то из родственников будет плохо с тобой обращаться? — изумленно спросил он.

— Не нарочно, — без колебаний ответила она. — Они так счастливы со своими семьями, мужьями, детьми, что, вполне естественно, хотят того же и для меня. Поэтому они знакомят меня с мужчинами, везут меня в королевский дворец, ласково советуют сменить одежду или прическу. Мне уже почти двадцать один год, — пожала она плечами. — С годами их тревога о моем будущем и забота обо мне будут становиться все настойчивее. — Она взяла его под руку и направилась к крутым ступенькам, ведущим вниз. — Пойдем посмотрим, что за кровати нам приготовили. Сегодня был очень длинный день.

Джеймс промолчал, хотя Джиллианна чувствовала, что он хочет ей что-то сказать. Скорее всего он хотел ее ободрить, но не смог придумать ничего подходящего. То же самое было и с другими родственниками, и именно поэтому она тяготилась их обществом. Каждый раз семья невольно унижала ее, задевая ее чувства.

Готовясь ко сну, она принялась обдумывать те изменения, которые следует сделать в спальне. В этом доме для нее найдется много работы, и она думала об этом с удовольствием. Эти земли — ее будущее, ее настоящая жизнь. Может быть, ей даже удастся найти мужа…

С трудом забравшись на высокую кровать, она вздохнула и залезла под одеяла. Джиллианна подозревала, что главной причиной отсутствия у нее поклонников было ее слишком хрупкое телосложение. Она была очень худа, невысокого роста и практически лишена привлекательных женских выпуклостей. Мужчинам нравится, когда у женщины на костях есть хоть немного плоти.