— Вообще-то это он бросил меня.

Опасаясь, что чем дольше он будет играть с такой женщиной в кошки-мышки, тем сильнее начнет подозревать ее, Антуан внимательнее присмотрелся к ней, но не смог найти ничего, кроме искренности. Может, он ошибся? И это он страдает манией преследования, а она — невинная жертва?

Ругая себе за то, что играет с воспоминаниями, которые не доставляют ей удовольствия, Антуан пробормотал:

— В таком случае он дважды дурак и хам. Я вижу, он причинил вам много страданий.

— Тогда — да, но сейчас это уже позади.

— С ним тоже покончено?

Она снова попыталась улыбнуться.

— О да. Прежде всего, именно с ним.

Антуан решил переменить тему и кивнул Анри, который схватил два бокала вина, зажженную свечку и поспешил к ним.

— В таком случае мы должны выпить за вашу свободу.

— Нет, — начала она, — очень мило с вашей стороны, но я говорила серьезно. Я действительно…

Не дослушав ее возражений, Антуан сказал:

— Анри, твоя прекрасная гостья не уверена, что я безопасный собеседник. Заверь ее, что я вполне приличен, пожалуйста.

Антуан перешел на французский, решив, что английский Анри оставлял желать лучшего. Не дождавшись ответа Анри, гостья ответила тоже на французском:

— Я нисколько не сомневаюсь, что вы уважаемый человек. Просто я не привыкла общаться с незнакомцами.

— Незнакомец? — переспросил Анри. — Мадам, вы разговариваете с графом де Валуа!

— Настоящий живой граф? — воскликнула она. — В наши дни?

Анри выпрямился и важно заявил:

— Джентльмен в любые времена остается джентльменом, мадам. Уверяю вас, граф де Валуа идеально подходит под это описание.

— Спасибо, Анри, — вмешался Антуан, чувствуя, что в данной ситуации ему не нужна подобная похвала. — Можешь быть свободен.

Гостья проследила взглядом, как хозяин гостиницы вернулся к стойке, и снова посмотрела на Антуана.