Все только к лучшему. Если для человека, способного ударить животное, еще не все потеряно, то человек, ударивший животное и имеющий наглость похваляться этим, — законченный мерзавец, именно за такого она, между прочим, чуть не вышла замуж!
Вот что бывает, когда позволяешь одурманить себя сладкими речами и начинаешь верить в сказочку о сильном, умном мужчине, за которым как за каменной стеной, — перестаешь полагаться на себя и жить своим умом, добровольно заключая себя в воздушные замки, выстроенные честолюбивым воображением мамы.
Думая о Роберте, Меган вслушивалась в голос своего сердца, и пелена, застилавшая ей глаза, быстро таяла.
Фогги нежилась в ласковых лучах солнца, уже забыв о пережитых волнениях. Закрыв глаза, Меган последовала ее примеру, подставив лицо теплому свету.
Глава вторая
По пароходу расползались слухи один нелепее другого. По одной из версий, которая особенно нравилась Джону, Меган столкнула бедную кошечку в реку за то, что та порвала свадебное платье, а сердобольный жених прыгнул за борт, в благородном стремлении спасти несчастное создание.
Отдав команду сниматься с якоря и держать курс на Портленд, Джон вышел на палубу, где столкнулся с родственниками Меган — краснолицым толстяком лет пятидесяти, с мясистым носом и маленьким ртом и женщиной бальзаковского возраста, которая в прошлом, несомненно, была красавицей. Дама схватила его за руку и взволнованно спросила, правда ли, что Меган искупала бедного Роберта в реке. В ее небесно-голубых глазах еще теплилась слабая надежда, которую Джон безжалостно уничтожил своим ответом.
— О горе, моя дочь окончательно сошла с ума!
— Вы мать невесты? — спросил Джон, оставив без внимания трагический возглас женщины.
Дама кивнула и снова заговорила: