– В кошки-мышки играем, – ворчал вполголоса кто-то за спиной Филатова.

– Карусель! Как ослы в упряжке по кругу! – говоривший хрипел, но Юрий узнал голос Кучумова.

– Нам надо до темноты продержаться, – Юрий говорил не оглядываясь и ни к кому не обращаясь, – это наше задание. Десантник не отступает, даже когда все кажется совершенно безнадежным.

И взвод шел по протоптанной в раскаленных песках дороге. Час за часом, страдая от зноя и жажды, по дороге, которая вела в никуда!...

– Юра, может, ты и отошел в запас, но ты все же десант. Всегда готов в бой по первому приказу, – продолжал разговор Кучумов.

– Нет, Серега, я не хочу больше выполнять ничьи приказы.

– Даже мои? Забываешься, старлей!

– Виноват, товарищ майор.

– То-то же. И запомни, Юра – нас не двое, а гораздо больше... А почему ты не женишься? – спросил Сергей, резко меняя тему.

Филатов пустился в пространные объяснения о том, что жизнь до недавнего времени без жены складывалась неплохо, но сейчас, глядя на Машу, об этом, видимо, придется подумать. Сергей слушал, посмеиваясь.

– А давай, Фил, споем нашу ротную, – Сергей взял в руки гитару и пробежался пальцами по струнам.

Опять ревет турбина, и запах керосина,

Огромная машина летит в небесной мгле.

Вы спросите с досадой – зачем вам это надо,

А мой ответ вместится в трех буквах «ВДВ»...

Вечер удался. Впервые за долгий срок Филатов почувствовал себя среди близких людей и смог расслабиться. Он размяк от спиртного, тепла сидящей рядом женщины, незатейливых разговоров и, когда Маша засобиралась домой, вызвался ее провожать.

– Дорогу назад найдешь? Я тебе на диване постелю. Мама Вера тебя на порог не пустит – придется возвращаться, – зашелся от смеха Кучумов.