– Я уверена в этом, – ответила Джина мягко. – Он действительно очень сильно любил вас.

На глазах женщины мгновенно появились слезы.

– Я тоже его очень любила. Именно поэтому больше всего на свете я хочу, чтобы его желания исполнились.

Джина поняла, что у нее не остается выбора.

– Хорошо, – произнесла она, вздыхая. – Во сколько огласят завещание?

– В два.

– Тогда я не вижу причин откладывать свой отъезд. Я успею на самолет.

– Я была бы тебе очень признательна, если бы ты смогла остаться еще ненадолго, – попросила Элинор. – Ты единственная, с кем я могу выговориться.

Снова двусмысленное положение, печально подумала Джина. Если она будет настаивать на отъезде, то подведет Элинор, а если останется, Росс решит, что она усмотрела в событиях прошлой ночи нечто большее, чем просто секс. Ее имя в завещании и без того делало достаточно странными все ее уверения.

– Хорошо, – ответила Джина, не оставляя себе времени на раздумья. – Я только позвоню своей компаньонке.

Она оставила Элинор у бассейна и вернулась в дом. Ближайший телефон был в гостиной. Джине сразу удалось дозвониться до Барбары.

– Тебя нет уже больше недели, – сказала та. – Насколько ты еще планируешь задержаться?

– На два-три дня, – пробормотала Джина. – Уверена, ты отлично справишься без меня. В любом случае я сообщу, как только узнаю точную дату отъезда.

Положив трубку, девушка повернулась и увидела Роксану, которая стояла в нескольких метрах от нее. Судя по тому, как она была одета, сестра Росса только что вернулась из ночного похода по увеселительным заведениям.

– Хорошо провела время? – спросила Джина прежде, чем та открыла рот.

– Очень, если тебя это так интересует. – Роксана готова была разорвать ее на куски. – Если ты наивно полагаешь, что останешься здесь… ты ошибаешься!