Сапогу нестерпимо захотелось снова погрузиться в небытие, мягко нырнуть под темное одеяло беспамятства, но боль заставила его открыть глаза. Он хотел поднять руку, защититься, но после ряда ударов, которые на него посыпались, он упал на землю у своей машины, отказавшись от попыток к сопротивлению.

Когда удары прекратились, Сапог попытался подняться, но ноги как будто онемели, а чьи-то руки клещами впились ему в лодыжку, и он повалился на землю.

– Пацаны, за что? – вырвался гортанный звук вместе с кровью. – Пацаны, берите тачку, деньги, что хотите, но дайте мне пожить, – выплевывая зубы, умолял незнакомцев Виктор.

Но никто ему не ответил. Он начал заходиться в адском кашле.

Чьи-то руки с большой силой подняли его и бросили так, что он ударился головой о бампер.

В этот момент Сапог понял, что шансов выжить у него нет, но зато он может унести с собой в могилу кого-нибудь из нападавших или, на худой конец, покалечить. Заплывшим от крови правым глазом он увидел, как высокий, спортивного телосложения человек приблизился к нему на расстояние удара. Неожиданно правой ногой он уперся нападавшему в живот, пытаясь оторваться. А когда тот упал, не ожидав сопротивления, изо всех сил сдавил ему шею. Нападавший захрипел, одной рукой стараясь освободится от железных объятий. Продолжая держать Виктора второй рукой, нападавший пытался повалить его на землю. Тогда Сапог воспользовался этим и ударил его коленом в голову. Однако удар получился недостаточно сильным. После этого Сапог, обессилев, упал на землю. Противник хоть и был вырублен на некоторое время, но не деморализован. К тому же Сапог совершенно упустил из виду второго нападавшего, который не преминул воспользоваться ситуацией и набросился на Виктора, когда тот, казалось, получил передышку.

Железный прут на горле Виктора поставил крест на отчаянных усилиях зацепиться за жизнь. Предсмертные вопли жертвы были заглушены звуками заведенного автомобиля.