- Господи, помилуй нас обоих, не дай оборваться этой веревке, бормотал он.

- Я уже молился святой Богородице и всем святым угодникам, конечно, на всякий случай, - сообщил Майк, когда Рис поравнялся с ним. В этот момент корни сосенки вырвались, с шумом посыпалась земля, и другая рука Майка еще крепче вцепилась в крошащийся сланцевый выступ.

- Держись, - выдохнул Рис, хватая Майка одной рукой за пояс, а другой рукой и ногами упираясь в стену обрыва. - К счастью, ты не родственник Эвана Меньона, иначе бы ты, тощий маленький ирландец, полетел вниз. Твой однофамилец раза в три был тяжелее меня.

- В данный момент, дружище, я радуюсь тому, что не самый тяжелый из всех Меньонов Пенсильвании, - отозвался Майк, вцепившись обеими руками в своего спасителя. Рис крикнул, чтобы их подняли.

Тори не могла разобрать, о чем они говорили, находясь за спиной целой группы мужчин, которые подбежали, чтобы помочь вытянуть людей из пропасти. От шума срывающихся с откоса камней у нее замерло сердце. Один раз нога Риса сорвалась, и веревку резко рвануло вниз.

- Поосторожнее, не дайте веревке оборваться под их весом! - взвизгнул Уилкокс. - Плавнее, ребята, помягче. - Он находился ближе всех к краю обрыва и именно он подал руку Рису, когда тот показался над его краем. Тори еще сильнее впилась зубками в свою руку, прокусив ее до крови. Она старалась не вскрикнуть и не отвлечь внимание спасателей. Чарльз оставался на почтительном расстоянии от места действия, как сторонний наблюдатель событий; возникших по его вине. Все были настолько увлечены развертывающейся драмой, что не обращали на него внимания. Как только Рис вытащил Майка на безопасное место, он отошел от края пропасти и отвязал потертую, грязную веревку. Тори не сдвинулась с места, когда мимо нее проходили спасатели. Ее охватило неудержимое желание подбежать и броситься ему в объятия. Но не успела она окончательно решиться, как он гневно подошел к Эверетту, попятившемуся от него.