- Послушайте, Дэвис, произошел несчастный случай. Никогда не думал, что этот полоумный Мик...

Рис без лишних слов врезал ему кулаком по носу, и адвокат полетел навзничь в холодную грязь.

- Никто кроме меня не называет Меньона Ми-ком, запомни это, трусливый подонок! - злобно процедил Рис. Потом он осмотрел оборванного и исцарапанного ирландца, который, прихрамывая, подошел к ним в сопровождении доктора Ранси, Вилли Уилкокса и группы возбужденных шахтеров.

. - Не тратьте зря время на него, док, - " - сказал Вилли. - Этот работяга, которого Рис вытащил из-под камня, вроде, приходит в себя. Здорово повредило ему ногу.

Все вернулись к своим занятиям, кроме Риса и Тори, смотревших друг на друга поверх потерявшего сознание, распростертого на земле Чарльза Эверетта.

Ни за что на свете Тори не проронила бы и звука в его защиту, но сейчас она неуверенно приблизилась к нему, желая притронуться к его забрызганному грязью телу и убедиться, что он вне опасности. Рис перешагнул через Чарльза и помешал ей это сделать, заключив ее в свои объятия.

- Какого черта ты здесь делаешь? Одна приехала верхом, с тобой тоже могло что-нибудь случиться, - проговорил он хриплым голосом.

- А ты мог погибнуть, - она возразила обвиняюще, отстраняя его от себя. - Прости, что я испачкал тебя, любовь моя, - нежно прошептал он, глядя на грязные отпечатки своих рук на ее плечах и щеках. - Стала бы ты горевать, если бы я сломал себе шею на дне этого каньона? Ты бы стала богатой вдовой. Тори!

Она широко раскрыла от ужаса глаза:

- Глупец! Как ты можешь говорить такие вещи?

- Значит, ты сожалела бы обо мне? - В его глазах запрыгали чертики и, несмотря на грязь и пот, он не утратил своей грубоватой красоты.