- В постели она всегда реагирует как надо. А потом уходит в себя.., как будто чувствует вину за то, что делает это с мужчиной, который в социальном отношении стоит значительно ниже, - сердито закончил Рис.

- Конечно, она чувствует вину, Рис. Чувствует вину, потому что любит вас и желает вас, переживает то, что вытравляла у нее мать. Вы успешно преодолели барьер девичьей скромности. В этом и заключается ответ. Я всегда считала, что со временем она не устоит перед вашими чарами. Похоже, это произошло даже быстрее, чем я предполагала.

- Не будьте так в этом уверены, - с горечью возразил он. - Она не любит меня.

- Вы ей сказали, что любите ее? - мягко спросила Лаура.

- Да, - выдавил он из себя так, словно признавался в тяжком преступлении. - Сказал... Вложил в ее руки оружие против себя. Тори никак не прореагировала на эти слова и сменила тему разговора.

Лаура уловила в его словах боль.

- Она вас любит. Рис Дэвис. Я знаю Тори с пеленок. Она не похожа на свою мать. Но ей понадобились вы, чтобы сбросить шоры, надетые матерью. Чтобы убедить жену в своей искренности, вы должны учитывать ее чувствительность. - Она улыбнулась и продолжала. - Она приревновала к Флавии, а Флавия ведь находится за тридевять земель, в Денвере. А что она может чувствовать по отношению к Джинджер, с которой вы видитесь каждый день? Рис развел руками.

- В ваших устах это прозвучало так, как будто я.., то есть, как будто мы.., о, черт! Лаура, Джинджер управляет от моего имени салуном и домом свиданий. Чисто деловые отношения, ничего больше.

- Вам приносят кучу денег прииски "Леди Виктори", земля и скот, да еще доля в банке Стоддарда. Зачем вам еще салун "Голая правда"?

Он вздохнул.

- Я хотел его продать сразу после нашей помолвки, но Джинджер не хочет брать его, даже если я соглашусь на длительную рассрочку платежа. А я не хочу оставить ее ни с чем. Она - мой друг, Лаура.